МАКСИМ – ОСНОВАТЕЛЬ И НАТАЛИЯ – КОММЕРЧЕСКИЙ ДИРЕКТОР МАСТЕРСКОЙ MIKENEKO, ОБЪЕДИНЕНИЯ ХУДОЖНИКОВ, КОТОРЫЕ СОЗДАЮТ НЕПОВТОРИМЫЕ И ЗАПОМИНАЮЩИЕСЯ ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ОБРАЗЫ В ГОРОДСКОЙ СРЕДЕ, В ИНТЕРЬЕРАХ И ДАЖЕ НА ТЕЛЕ. ТВОРЧЕСКИЙ ПУТЬ НАЧАЛСЯ С УЛИЧНОГО ГРАФФИТИ, КОТОРОЕ СО ВРЕМЕНЕМ ТРАНСФОРМИРОВАЛОСЬ В ИСКУССТВО ТАТУИРОВКИ И ДАЛЕЕ В МАСШТАБНЫЕ ГОРОДСКИЕ ПРОЕКТЫ. КАК СОЗДАВАЛОСЬ КОМЬЮНИТИ ХУДОЖНИКОВ, В ЧЕМ СЛОЖНОСТЬ РАБОТЫ С ЗАКАЗЧИКАМИ И СКОЛЬКО ДОЛЖНО СТОИТЬ СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО – В ИНТЕРВЬЮ ДЛЯ DESIGN TIME.

– Бывает всякое, например, ситуация – дизайнер работает удаленно, территориально находится в другом городе, а курирует проект на месте сотрудник, не имеющий опыта в строительстве. В итоге мы имеем плохого управленца на месте, с которым стройка происходит, а он ничего в этом не понимает. Дизайнер прилетает на объект за несколько дней до открытия, то есть в процессе нет авторского надзора.

Дизайнер нашел картинки в интернете, придумал нарисовать ковры. Всего-то трафарет, подумал он, абсолютно не понимая механику этой работы: разработка, вектор, резка, выборка, наклейка, покраска, отклейка, лак. Соответственно, не заложил время и в бюджет достаточную сумму. Получается, что он предлагает решения, которые экономически стоят дорого, а технически это сделать стоит еще дороже — ковер становится «золотой», и дальше приходим мы и говорим, как все это делается. И объект готов, когда нужно. В общем, не экономьте на том, на чем экономить не надо, в процессе появляется множество проблем, потому что наняты люди «подешевле» и в результате мы получаем проблему подороже.

Наталия: То, что мы делаем, называется «коммуникационный дизайн». Например, к нам приходит какая-то компания и говорит: «Мы не знаем, что хотим, а вы знаете и умеете. Придумайте нам и нарисуйте что-то вот здесь». И дальше мы начинаем работать, анализировать: какой это может быть сценарий, с какими людьми — обычными горожанами или с коллегами из компаний, будет ли взаимодействие со СМИ и т.д. В общем, если должен быть охват, то это надо создать. И от того, что мы нарисуем, должен быть толк.

– Расскажите, с чего начиналась мастерская? Кто входит в ваше объединение?

Наталия: Мы семья: моя сестра Юлия, художник-оформитель с огромным стажем, мастер по перманентному макияжу, Максим, ее сын и мой племянник, по образованию экономист, а в душе, конечно, художник и посвятил этому ремеслу жизнь. Мы — сообщество художников, состоящее из неизменных единиц, и команда, состав которой может меняться. Вообще рисование как ремесло было в нашей жизни всегда. Мастерская началась с татуировки (в 2013 году), а со временем включилась и роспись, которая позже сформировалась в отдельно взятое направление и существует уже около четырех лет.

— Когда начали появляться интерьерные заказы?

Максим: Интерьерные заказы сами собой появлялись. Началось все 20 лет назад, когда я начал рисовать что-то на стенке и впервые получил заказ на 8 Марта, будучи еще школьником, – нарисовал цветочки, заработал денег. Со временем коммерция сама начинает находить художников, а дальше все зависит от опыта общения с людьми, от самого искусства и его продюсирования.

Таким образом, создается какой-то образ — и спрос появляется сам собой. Пока я делал татуировки, как работу, появилось желание организовать направление с росписью — как хобби, чтобы делать то, что нравится и получается. Так появились первые большие городские граффити-проекты. Направление «Коммуникационный дизайн» решено было запускать, имея уже наработанных клиентов, то есть сначала получается результат, а потом мы начинаем это продавать, а не наоборот.

— Допустим, я дизайнер, мне нужна роспись в интерьере. С чего мне начать сотрудничество с вами?

Наталия: Начать с того, что дизайнер разрабатывает. Например, проект интерьера. Нам нужно понять расстановку мебели, увидеть картинку, чтобы включилось воображение художника, визуализировать. Помимо интерьера еще есть пожелания самого заказчика: что нравится, что хочется.

«…Чем больше мы вовлечены
и погружены в процесс, тем больше
мы можем предложить. Но хочется
делать не то, что будет легко
продаваться, типа напечатать
мост и тигра, а хочется делать
что-то особенное»

Нужно скинуть примеры картинок не для того, чтобы мы их скопировали, а чтобы понять направление мыслей, так сказать, отобразить их в техзадании.

Максим: У меня была история с дизайнером, которая забыла, что у кровати, над которой должна быть роспись, есть полутораметровое изголовье, и, когда мы сделали работу, оказалось, что нужно выше картинку поднять. В итоге заказчику пришлось два раза заплатить. А все потому, что у нас не было визуала, с ним было бы четкое понимание размеров в квадратных метрах, а значит, уже проще посчитать стоимость. Плюс сложность и стиль, необходимость привозить определенного автора и т.д. Но всегда должно быть понимание, за что человек платит и из чего эта цена состоит.

Или еще пример – офис, есть центральный объект в комнате, который на себя берет смысловую и цветовую нагрузку, и это должна быть какая-то вещь, которая должна работать. Но заказчик хочет не картину повесить, а сделать роспись. А я вижу, что стены крашеные белые, и понимаю, что лучше повесить холст, потому что через два года они будут грязные, их придется перекрашивать. И роспись придется обклеивать. Если она интегрирована в этот белый, то в росписи он тоже будет грязный, даже если мы лаком покроем. То есть мы можем сказать, как лучше, но нам нужны первоначальные вводные и нормальная коммуникация.

Еще один пример: функциональный подход — если есть место на стене, где регулярно пачкается поверхность (от мебели от потока людей). И там стоит сделать рисунок вровень с тем местом, где стоят стулья и царапают стену. То есть рисунок нивелировал то, что стена постоянно повреждается. Необязательно украшательство или великое искусство, есть еще интерьерные решения. Это не всегда что-то с великим смыслом, а просто то, что решает эстетическую задачу.

Наталия: Бывает и по-другому, когда заказчик в принципе не знает, чего хочет. Или, например, нужна картина, чтобы дырку на обоях закрыть — есть и такая функция. Можно сразу смело об этом сказать: «предложите что-нибудь, чтобы это сделать прекраснее». И это понятная задача.

«… не экономьте на том, на чем
экономить не надо, в процессе
появляется множество проблем,
потому что наняты люди «подешевле»
и в результате мы получаем
проблему подороже»

— Сколько времени закладывать дизайнеру на вашу работу?

Наталия: Стадия эскиза длится в среднем около двух недель. В договорные обязательства входят три правки, то есть заказчик может три раза редактировать наш вариант. Если с первого раза получилось согласовать — идеально. Дополнительные правки сверх договорных оплачиваются отдельно, потому что это работа. Сумма эскиза складывается в среднем из площади объекта.

Максим: Есть и срочная работа, когда решение надо было придумать «вчера», с таким тоже часто сталкиваемся, и это нормально. Хотя лучше так не запускать.

Причем это «Кот в мешке» – нет времени эскиз нарисовать полноценный, а только придумать решения. Дальше останется это оперативно согласовать, и таким образом можно очень быстро собрать проект. В этом случае следует доверять нам на 100 процентов.

— Из чего дальше складывается стоимость вашей работы?

Максим: Когда эскиз готов, работу уже можно тарифицировать, стоимость будет зависеть от сложности используемых техник и самой идеи заказчика. А можно наоборот — изначально определить бюджет и в этот бюджет делать, потому что можно сделать красиво и в маленький бюджет. Конечно, лучше, когда человек знает свои возможности — в зависимости от суммы мы можем предлагать определенные варианты и приходить к нужному. А после уже начинается рисование. Если мы хотим получить что-то, что будет работать, это требует времени, это нужно разработать и реализовать.

А украшательство — это всегда работа с малым бюджетом, и на это, в принципе, тоже можно придумать решение. Мы как профессионалы настроены постоянно повышать свой уровень, и, конечно, интереснее работать с тем, что можно придумать с нуля, с особым подходом и пониманием. Великим творениям нужны великие заказчики.

— А на каком этапе чаще обращаются? Когда уже готов интерьер?

Максим: По-разному. Лучше, когда проект на стадии длинного планирования. Так выходит всегда всем дешевле. Но здесь есть другая проблема: роспись – финишка, требует вложений, и либо могут средства кончиться, либо цены поменяться. Потому что время идет.

— Приглашаете ли вы сторонних авторов для реализации местных проектов?

Максим: В этом году точно привезем 10 художников, может, и больше. Мы выиграли грант для проведения Дальневосточного фестиваля уличного искусства. И это тоже работа, многое нужно организовать, а не просто купить билеты. Еще помогают личные знакомства.

Иногда, чтобы просто человек определенного уровня куда-то приехал, должны быть личные знакомства. Потому что у него есть масса вариантов, куда ему поехать, и везде ему предлагают хорошие деньги. А мы, находясь во Владивостоке, забываем о том, что не только отсюда тяжело уехать, но еще и сюда тяжело приехать, особенно летом.

Многие люди мечтают тут побывать, но это действительно дорого стоит. И прикольно, если ты художник, можешь приехать сюда, и что-то создать, и город посмотреть. Но при этом мы работаем потихоньку над тем, чтобы этот процесс был постоянным, а не только по необходимости. Чтобы художники из разных городов периодически приезжали сюда, могли оставить какую-то работу, при этом не иметь сложностей в коммуникации с администрацией, не искать расходные материалы, получать сопровождение в медиапространстве и т.д. Это должно стать крутой возможностью.

— Тот факт, что вы заточены на азиатскую тему, всегда во всех работах прослеживается?

Максим: Сделать можно вообще все, что угодно. Чем больше мы вовлечены и погружены в процесс, тем больше мы можем предложить. Но хочется делать не то, что будет легко продаваться, типа нарисовать мост и тигра, а хочется делать что-то особенное. И, с одной стороны, сразу понятно, что аудитория тут срежется, конечно, но с другой — есть восточная концепция, в принципе, у мастерской, и не хочется из нее выходить. Но и не хотелось бы ограничиваться только ею. Поэтому я думаю, что будут вещи и от мастерской, и какие-то коллаборации, в которых как раз будет не азиатская тематика. Есть творчество, которое нужно продвигать, а есть — работа с заказчиком.

— Пробовали ли вы выходить за пределы нашего города, делать работу для заказчиков из других городов России?

Максим: Такой опыт, конечно, есть. Например, если я нахожусь в Москве и мне вдруг «падает» заказ, я делаю его, публикую совместный пост с заказчиком, и все. Получается, что — формально — мы поработали в другом городе. Или, допустим, уча- стие в фестивалях в разных городах и параллельные заказы там же. В других городах, с одной стороны, есть кому это делать, но иногда — и некому. Например, на Крайнем Севере. Но там нужно рисовать северных оленей, медведей — не сильно интересная для меня тематика. И если бы я сидел без работы, придумал бы, куда поехать. Граффити – это про друзей, у нас большое сообще- ство специалистов по всей России, не проблема подобрать того, кто сможет справиться с заказом в любом городе. Поэтому, даже работая из Владивостока, можно работать на всю страну.